Закрити
Відновіть членство в Клубі!
Ми дуже раді, що Ви вирішили повернутися до нашої клубної сім'ї!
Щоб відновити своє членство в Клубі — скористайтеся формою авторизації: введіть номер своєї клубної картки та прізвище.
Важливо! З відновленням членства у Клубі Ви відновлюєте і всі свої клубні привілеї.
Авторизація для членів Клубу:
№ карти:
Прізвище:
Дізнатися номер своєї клубної картки Ви
можете, зателефонувавши в інформаційну службу
Клубу або отримавши допомогу он-лайн..
Інформаційна служба :
(067) 332-93-93
(050) 113-93-93
(093) 170-03-93
(057) 783-88-88
Якщо Ви ще не були зареєстровані в Книжковому Клубі, але хочете приєднатися до клубної родини — перейдіть за
цим посиланням!
Вступай до Клубу! Купуй книжки вигідно. Використовуй БОНУСИ »
УКР | РУС

Ненсі Пікард - «Потерянная невинность»

Глава 6

…Он тихо зашипел от боли, коснувшись рукой соломы.
— Что случилось? — тут же насторожился отец.
Этот вопрос заставил Рекса задуматься, разговаривала ли вообще мама с отцом.

— Ничего. — Чтобы отвлечься от боли в руке, он коснулся другой раны — прикушенного языка. — Прости, я проспал.
Отец только отмахнулся.

— Я все равно не уснул. Так что и сам справился.
—  Куда вы отвезли… девушку?
— В клинику Квентина. Ничего другого нам не оставалось. — Он помолчал, собираясь с мыслями. — Скажи, сын, ты мне доверяешь?
— Что?
— Я спрашиваю: ты мне доверяешь?

Это прозвучало грубовато и немного раздраженно, но Рекс понимал, что отец испытывает неловкость, задавая ему такие вопросы.

— Конечно, — ответил он, чтобы поскорее покончить с этим разговором и заняться делами попроще. К примеру, он мог бы начать расчищать все эти невероятно длинные дорожки… со сломанной рукой. — Ты мой отец. Конечно, я тебе доверяю.

— Да, но удалось ли мне заслужить твое доверие?
Рекс находил все это очень странным.
— Да, сэр.
— Что, если я попрошу тебя сделать нечто, что покажется тебе неправильным?
— Ты этого не сделаешь…
— Но если бы я это сделал? Ты бы исполнил мою просьбу только потому, что об этом попросил тебя я?

«О чем это ты?» — едва не вырвалось у Рекса, но тут отец быстро добавил:
— Ты готов поверить в то, что я действую из лучших побуждений? В то, что я знаю немного больше, чем ты?

Рекс подумал, что этим вопросом можно и медведя сразить наповал. Что ему после этого остается сказать? Что он не доверяет собственному отцу? Да и вообще, что все это означает?
«Как же я устал!»
— Ну конечно, — пожал он плечами и, увидев сомнение на лице отца, заставил себя добавить: — Я тебе верю, отец.
— Ну, хорошо. Я очень надеюсь, что ты говоришь искренне.
— Папа! — Голос Рекса дрогнул от усталости. — Я же сказал, что доверяю тебе.
— В таком случае выслушай меня. И на этот раз я хочу, чтобы ты действительно меня услышал. На пять минут забудь, что ты тинейджер и привык вполуха слушать все, что говорят родители. Ты меня слушаешь?
— О господи, папа…
— Возможно, это самое важное из всего, что я тебе когда-либо говорил. Я говорю очень серьезно. Я пытаюсь подготовить тебя к тому, что сейчас прозвучит. Ты должен знать, что тебе предстоит услышать о смерти этой девушки то, что ты никак не ожидаешь услышать.

Рекс невольно вздрогнул. Его сердце учащенно забилось.

— Что я услышу? — еле ворочая языком, спросил он.
Отец отвел глаза в сторону.
— Скоро ты все узнаешь. Пока тебе надо знать только то, что я прошу тебя держать рот на замке, независимо от того, что ты услышишь. Ты никогда… повторяю, никогда… не должен ни с кем говорить о событиях прошлой ночи. Никогда и ни с кем. Ни с Митчем, ни с Эбби… Вообще ни с кем. Если ты захочешь с кем-то это обсудить, обращайся ко мне.

— Меня это устраивает, — ответил Рекс, но отец его как будто не услышал.
— Если кто-то спросит тебя об этом, скажешь, что идет следствие и отец запретил тебе его обсуждать. Точка. Скажи, Рекс, я могу на тебя положиться? Ты сделаешь то, о чем я прошу?

Воцарившееся молчание заставило Рекса обернуться к отцу. Шериф внимательно смотрел на него.
— Что я должен сказать?
— Я тебе это только что объяснил. Я спросил, могу ли я на тебя положиться.
Рекс торжественно кивнул. Он понял, что именно этого ожидает от него отец.
— Да, — очень серьезно произнес он.

Но одновременно он думал: «Что за бред! Меня незачем просить помалкивать, что бы я там ни услышал». Меньше всего на свете он хотел говорить о том, что произошло, говорить о ней.

— Как насчет Пата? — спросил он.
— Пат возвращается в колледж.
— Как? Его же выгнали.
— Существуют и другие колледжи.

«Для нашей семьи никогда не существовало других колледжей», — подумал Рекс. Эта новость потрясла его почти так же сильно, как и все остальное. Его родители боготворили Канзасский университет. Когда Патрика оттуда выгнали, разразился жуткий скандал. Считалось само собой разумеющимся, что в следующем году вслед за Патриком туда отправится Рекс. Точно так же никто не сомневался, что каким-то образом Патрик тоже туда вернется.
— Есть еще кое-что, — сказал отец.
— Что?
— Патрик. Кто знает, что он был дома?
Рекс попытался пожать плечами, но даже это оказалось слишком больно, поэтому он замер.
— Я не знаю, — ответил он.
— Кому ты говорил?
— Никому.
— Никому? Ты уверен? Как насчет Митча?
— Нет. Я вообще никому этого не говорил. Мне неприятно об этом распространяться.
Лицо отца потемнело. Он поморщился, как от боли.
— Я хочу, чтобы ты забыл обо всем, что произошло на этой неделе. Мы с тобой нашли тело этой девушки. Только ты и я. С нами больше никого не было. Патрик по-прежнему находится в университете.
— Почему?
Внезапно Рекс понял, что не хочет знать почему. Впрочем, отец и не думал отвечать на его вопрос. Мир накренился, и все летело вверх тормашками…

Глава 38

— Взгляни на них, — сказала Эбби, указывая на группу людей у могилы Девы.
— И что? — спросил Рекс.

По требованию Эбби он остановил машину на обочине у кладбищенских ворот. Стояла чудесная погода, на небе не было ни облачка, и трудно было даже предположить, что погода бывает какой-то другой. Рекс посмотрел туда, куда указывала Эбби, и увидел припаркованные на кладбище машины, а также то, что возле одной из могил было значительно больше людей, чем возле всех остальных вместе взятых.
— Я взглянул. Что ты хочешь, чтобы я увидел?
— Ты видишь этих одураченных людей?
— Кто их дурачит?
— Мы! Этот город их дурачит, позволяя больным людям приезжать сюда и только усугублять ситуацию, в которой они находятся!
— Эбби, не существует закона, запрещающего людям верить в то, во что им хочется.
— Существуют законы, запрещающие мошенничество.
— Кто осуществляет мошенничество в нашем случае?
— Ты должен подойти к ним и сказать, чтобы они возвращались домой.
— А не то что? Я должен пригрозить арестовать их или бросить в тюрьму за то, что они ожидают чуда?
Эбби резко обернулась к нему.
— Так ты не видишь ничего особенного в том, что здесь происходит?
— Я думаю, что все это очень быстро утихнет. Нам даже не придется ничего по этому поводу предпринимать. Как бы то ни было, большинство жителей округа уже очень давно верят в Деву. Я не замечал, чтобы раньше тебя это возмущало. Просто эти люди живут не здесь, и их стало немного больше. Вот и вся разница. Почему тебя так сильно это огорчает? Я оставил в кафе отличный куриный стейк и картофельное пюре, знаешь ли, — пошутил он в надежде вызвать на ее лице улыбку.
Шутка не сработала.

Более того, она вызвала очередной взрыв негодования, еще более яростный, чем предыдущий, и обрушившийся совершенно с иной стороны.

— Если бы ты или твой отец раскрыли это преступление, если бы вы хотя бы удосужились выяснить, кто она такая, этого всего сейчас не было бы. Она была бы всего лишь очередной несчастной жертвой убийства в самой обычной могиле. Она не стала бы таинственной святой, которая, как все считают, способна исцелять болезни и творить чудеса…
— То есть ты утверждаешь, что эти люди здесь из-за меня?
Рексу не понравилось направление, которое принял их спор.
— Отлично, тогда скажи мне, что ты сделал для того, чтобы узнать, кто она такая! — завопила Эбби, заполнив криком все пространство в салоне его внедорожника. — Ты отказываешься взять у нее образцы ДНК, ты не позволяешь никому за это заплатить, ты не хочешь, чтобы твои заместители занялись этим расследованием, так что да, вполне возможно, это все твоя вина, ты так не считаешь?
— Да что с тобой такое? — заорал в ответ Рекс.
Эбби разрыдалась.
— Прости меня, прости, — всхлипывала она.

Но вынужденный защищаться Рекс уже настолько рассвирепел, что сырость, которую она развезла в машине, его совершенно не тронула. Он сидел и молча смотрел на нее, ожидая продолжения. Но когда это продолжение последовало, он оказался к нему не готов.

— Я с ним переспала, — сквозь слезы пробормотала Эбби.
— С кем? С моим братом? Мне это отлично известно, и это всего лишь делает тебя еще большей дурой, чем те люди вокруг могилы, и что из этого?
— С Митчем. В ночь после урагана. Он приехал ко мне. Я переспала с ним, Рекс. Эбби припала к груди Рекса.
— Сукин сын! — процедил Рекс, обнимая ее. — Сукин сын!
Он держал ее в объятиях, а она рыдала, что нисколько не мешало ему пробормотать:
— Ты что, тоже ожидала какого-то чуда или как? — Когда Эбби успокоилась достаточно, чтобы его услышать, он сказал: — Эбби, я отослал в базу образцы ее ДНК.
— Что?
Она отстранилась, чтобы посмотреть ему в лицо.
Рекс кивнул.
— Я сделал это самостоятельно, на свои собственные деньги и очень давно. Но я и без этого знал, кто она такая. Эбби, я всегда знал, кто она. Мне также кажется, что я знаю, почему ее убили. И я почти уверен, что знаю, кто ее убил. И поскольку я никогда не понимал, что мне с этим делать, я ни с кем об этом не говорил. Возможно, будет лучше, если я все тебе расскажу. Вместе мы что-нибудь да придумаем…