Закрыть
Восстановите членство в Клубе!
Мы очень рады, что Вы решили вернуться в нашу клубную семью!
Чтобы восстановить свое членство в Клубе – воспользуйтесь формой авторизации: введите номер своей клубной карты и фамилию.
Важно! С восстановлением членства в Клубе Вы востанавливаете и все свои клубные привилегии.
Авторизация членов Клуба:
№ карты:
Фамилия:
Узнать номер своей клубной карты Вы
можете, позвонив в информационную службу
Клуба или получив помощь он-лайн..
Информационная служба :
(067) 332-93-93
(050) 113-93-93
(093) 170-03-93
(057) 783-88-88
Если Вы еще не были зарегистрированы в Книжном Клубе, но хотите присоединиться к клубной семье – перейдите по
этой ссылке!
Вступай в Клуб! Покупай книги выгодно. Используй БОНУСЫ »
УКР | РУС

Алан Джекобсон – «Винодел»

Предисловие

Роман Алана Джекобсона «Винодел» (оригинальное название «Crush») вызвал бурю восторга у критиков и читателей. Но самое яркое подтверждение высокого мастерства писателя, умения вдохнуть жизнь в своих героев — это отзывы сотрудников спецслужб, людей, которые каждый день сталкиваются с преступниками, для которых поиск опасных маньяков и психопатов — ежедневная рутинная работа. Старший следователь ФБР, спецагент Мэри Эллен О’Тул призналась, что во время чтения романа она начисто забыла, что речь идет не о реальном преступнике, а о литературном персонаже.
Чтобы создавать подобные произведения, автору потребовались годы работы и… везение. Хотя вряд ли он считал везением травму, из-за которой мануальному терапевту Джекобсону, хозяину собственной клиники, пришлось продать свой бизнес. Однажды в его офисе прозвучал телефонный звонок. Человек, обратившийся к Джекобсону, оказался заведующим кафедрой криминалистики юридического института. Он просил дать рекомендацию одному из сотрудников его клиники, учившемуся на криминалиста. Работающий в то время над своим первым триллером, Джекобсон воспользовался ситуацией и задал несколько интересующих его вопросов, а затем попросил разрешения посетить криминалистическую лабораторию, но… получил твердый отказ. Правда, собеседник, заинтригованный работой Джекобсона, пригласил его на лекцию по анализу следов крови. Такой шанс нельзя было упускать! На лекции будущий писатель познакомился с агентом ФБР, который снабдил его самой разнообразной информацией и оказал поистине неоценимую помощь в сборе материала для романа. Много лет сотрудничал Алан Джекобсон с ФБР, и теперь он не только популярный писатель, но и известный судебно-медицинский эксперт. Неудивительно, что его литературные расследования так похожи на правду!
Наши читатели уже знакомы с главной героиней «Винодела» Карен Вейл по роману «Седьмая жертва». Эта история оказалась настолько впечатляющей, что права на ее экранизацию приобрел продюсер фильма «Операция “Валькирия”».
В новой книге Алана Джекобсона после тяжелейшего расследования Карен отправляется в отпуск в долину Напа, прославившуюся живописными пейзажами и великолепными винами. Но романтический отдых длится недолго — в подвале элитной винодельни, куда Карен с другом приехала на дегустацию, обнаружен труп женщины.
Вейл, опытному агенту ФБР, достаточно одного взгляда, чтобы понять — здесь орудует маньяк. И, возможно, это не первая его жертва. Присутствие Карен, ее предложение помочь расследованию (что вызывает раздражение некоторых коллег-полицейских) «вдохновляет « убийцу: он отправляет ей SMS’ки, вступает с ней в переписку по электронной почте и… постоянно наводит на ложный след. Количество жертв растет, а у Карен нет ни малейшего представления о том, кто совершает эти убийства. Все ее версии рушатся одна за другой. И она никак не может избавиться от ощущения, что в ходе расследования упустила самое важное…
Если вам по душе интригующий динамичный сюжет, если вы взахлеб читаете романы Харлана Кобена и Джеймса Паттерсона, — эта книга для вас!


Теоретизировать, не имея данных, опасно.
Артур Конан Дойл. Скандал в Богемии

Вы смотрите, но не наблюдаете,
а это большая разница.
Артур Конан Дойл. Скандал в Богемии

Истина в вине.
Римская пословица

О ты, незримый дух вина,
если у тебя нет своего имени,
то зовись дьяволом!
Уильям Шекспир. Отелло

Пролог

15-я Северо-Западная улица, дом 675

Вашингтон, округ Колумбия

— Тогда член и говорит ей: «Ладно, твоя взяла».
Карен Вейл расхохоталась. Это же надо — выбраться в кои-то веки гульнуть и теперь целый вечер выслушивать похабные шутки Мандизы Манетт, последнего человека, с которым она стала бы кутить. Впрочем, Манетт, похоже, сама не была в восторге от своего анекдота: лицо ее напряглось, взгляд впился в одну точку, а рука… рука медленно заползала под куртку. За табельным оружием.
— Извини, что порчу тебе вечер, — сказала Манетт, — но прямо у тебя за спиной стоит какой-то очень нервный парень с «пушкой».
Вейл как бы невзначай обернулась и краем глаза заметила его.
Шесть футов ростом, широкоплечий и, как отметила Манетт, явно чем-то встревоженный. На лбу у него проступили капли пота, глаза затравленно бегали, чтобы в следующий миг упереться в Вейл и Манетт. «Знакомое лицо. Откуда я его знаю?» Она внимательно следила за его жестами, пока он не развернулся к ним вполоборота и она не рассмотрела его черты получше…
«Черт побери! Я знаю, кто это». Через пару секунд он, наверное, поймет, что они полицейские, и тогда уж понесется душа в рай.
Сомнений не было: ничем хорошим эта встреча не закончится. Вейл мигом отвернулась.
—Не смотри на него. Это опасный парень, к тому же явно в паршивом настроении. Еще бы, это же Дэнни Майкл Йейтс.
Манетт изумленно уставилась на напарницу.
—Не может быть! Чертов убийца копов? Ты уверена?
Вейл коснулась застежки на сумке.
—Сто процентов. Что будем делать?
Манетт завела руку за спину, наверняка нащупывая пистолет.
— Позвони муниципалам, расскажи, что тут у нас, а я пока за ним присмотрю.
Вейл достала телефон и набрала номер. Не оборачиваясь, она наблюдала за Йейтсом в отражении витрины закусочной и пыталась трезво оценить ситуацию. На тротуаре было множество людей, ожидавших своего столика или болтавших за стаканчиком с друзьями, супругами и коллегами. Ей хотелось крикнуть им: «Ложитесь!» — чтобы никто не пострадал, потому что ее интуиция делала весьма неутешительный прогноз.
Договорив, Вейл положила телефон в карман и правой рукой крепко вцепилась в «Глок-23», который покоился в сумке у нее на животе.
Поймав отражение Манетт в витрине, она кивнула ей и снова покосилась на Йейтса. Именно в этот момент он посмотрел на нее, и…
«Черт, из-за него…»
Йейтс развернулся и рванулся сквозь толпу, Вейл кинулась вслед за ним, стараясь не думать о боли в колене, на котором недавно сделали операцию. Манетт, вероятно, тоже погналась за ним. Это была высокая и стройная женщина, довольно спортивная на вид, хотя в насколько хорошей форме она на самом деле, Вейл оставалось только догадываться. Во всяком случае, бегать она должна была быстрее, чем Вейл с искалеченной ногой.
Йейтс промелькнул впереди, сворачивая на Эйч-стрит, — и таки да, Манетт его настигала. Ох, совсем не так она представляла их «маленький девичник»…
Вейл завернула за угол, и за Йейтсом они погнались уже вдвоем.
Янтарь уличных фонарей отсвечивал от пистолета Манетт, и Вейл вдруг охватило дурное предчувствие. Они бежали уже совсем близко от Белого дома, где агентов спецслужб и полицейских было больше, чем мирных жителей. На крышах постоянно находились снайперы, и что же они могли увидеть? А вот что: черную женщину, мчащуюся за белым мужчиной с большим сверкающим пистолетом в правой руке. В штатском. Без жетона на видном месте.
Дела плохи. И Вейл поняла, что основную опасность представляет вовсе не Дэнни Майкл Йейтс.
Тот метнулся налево, в парк Лафайет. Черт, ну и кретин же им попался: курс он держал прямо к кованой ограде Белого дома.
И не просто кретин — скорее безумец. Вейл услышала, как Манетт кричит: «Стой, полиция!»
Никакого эффекта ее призыв не возымел — Йейтс лишь вильнул влево и побежал вдоль железного забора, что ему пришлось бы  сделать в любом случае.
Но Вейл узнала ответ на свой вопрос: Манетт таки была отличной спортсменкой, иначе сейчас ее не отделяли бы от расторопного Йейтса жалкие пятнадцать ярдов.
Вспыхнули огни. Взвыла сигнализация.
Вейл кое-как вытащила на бегу свой жетон из сумки и, зажав его в ладони, подняла левую руку, правой сжимая «Глок». Снайперы должны были понять, что она федеральный агент и не представляет угрозы для президента. Если повезет, они сообразят, что Манетт тоже служит в полиции.
Но не успела она об этом подумать, как выстрел ужалил ее ухо и отозвался в сердце, словно удар ножом. Манетт упала. Вот только произвел выстрел не снайпер и не прилежный агент контрразведки.
Это был Дэнни Майкл Йейтс, который развернулся и всадил пулю Манетт в пах. Та рухнула как подкошенная и лежала, извиваясь, на земле.
За спиной у Йейтса выросли силуэты муниципалов — и тут же повалили его. С полдюжины контрразведчиков, хлопая подолами плащей, уже высыпали на лужайку у Белого дома с пистолетами наголо. Снайперы на крыше крутанули свои винтовки к плазе, усыпав одежду прохожих и тротуары красными пятнышками лазерных прицелов.
Вейл, пыхтя и задыхаясь, замыкала шествие. Холодный вечерний воздух обжигал легкие. Жадно глотая кислород, она еле слышно произнесла: «ФБР!» — и короткое слово оцарапало ей горло.
Она остановилась в пятнадцати футах от Йейтса, который осторожно подкрадывался к Манетт.
— Она коп! — крикнула Вейл. — Она коп!
Ей хотелось, чтобы все стражи правопорядка, прибывшие на место преступления, поняли, что происходит. Манетт лежала на земле, выронив пистолет, и не могла до него дотянуться, хотя упал он всего в футе от нее. Она свернулась клубком, словно младенец в утробе матери.
Йейтс сделал еще один шаг, неуверенно целясь в Манетт (кажется, у него была «Беретта»).
— Ни с места! — крикнула Вейл. — Сделаешь еще один шаг — и больше уже никуда не пойдешь.
— Убей меня прямо здесь, — сказал Йейтс. — Живым я не дамся.
Я убил копа, думаешь, я хоть ночь в изоляторе продержусь?
— Я лично гарантирую тебе безопасность, Дэнни. — Вейл уже держала «Глок» обеими руками; раскрытое портмоне с документами лежало на асфальте, и все любопытствующие могли увидеть там значок агента ФБР. — Я прослежу, чтобы ты дожил до суда. Я знаю, о чем ты думаешь. Я понимаю, что ты не хотел убивать того копа.
— Ни хрена! Еще как хотел! Ненавижу гребаных копов! Они изнасиловали мою мать! Хотел я его убить, очень даже хотел!
«Ох и кретин же мне попался! Безнадежный случай. Я пытаюсь оправдать его поступок, а он отпирается!»
— Дэнни, у тебя будет гораздо меньше проблем, если ты бросишь пистолет и позволишь мне помочь напарнице. Понимаешь?
Йейтс шагнул еще ближе, теперь уже целясь в Манетт в упор. Вейл подняла «Глок», наведя тритиевую метку на голову преступника.
— Давай, — крикнула она, — бросай пистолет, черт тебя подери!
Но Йейтс лишь выпрямил руку и напряг мускулы.
Никто не видел того, что видела она из этой точки. Он не «бросил пистолет, черт подери», и Вейл пришлось его застрелить. Разнести ему башку. А потом она продырявила его тело прямо в центре тяжести, чтобы он качнулся назад и случайно не нажал на курок, пока его мозг отключался навсегда. Два выстрела подряд.
Выход за пределы необходимости? Пожалуй. Но в данный момент ей, если честно, было на все наплевать.
Йейтс упал. Вейл бросилась к Манетт и подхватила ее на руки.
— Мэнни, как ты?
Лицо Манетт покрылось пoтом, боль пульсировала в каждой морщинке.
И тогда Вейл потеряла над собой контроль. Стресс, скопившийся за последние месяцы, нашел себе выход и обрушился на нее, точно торнадо, отбросив ее прямо на каменную облицовку ограды Белого дома.
Вокруг поднялась суматоха, толчея, послышались быстрые шаги и чьи-то крики. Какой-то человек в синей рубашке с серебристым значком на кармане опустился на колени и вырвал у нее из руки пистолет.
Темные силуэты агентов контрразведки, напряженные и неподвижные, выстроились вдоль ограды Белого дома. В пятидесяти ярдах на холостом ходу урчали бело-красно-синие машины муниципальной полиции. Неподалеку кружили на мотоциклах человек шесть полицейских в белых форменных рубашках и черных штанах.
Томас Гиффорд, старший агент отдела криминальной психологии, показал свое удостоверение и подошел к карете скорой помощи, припаркованной у невысокого бетонного столбика, какие торчали из асфальта повсюду. Вейл сидела на плоском бампере муниципальной медицинской машины, взгляд ее упирался в цементное покрытие.
Гиффорд остановился в паре футов от нее и задумчиво пригладил волосы ладонью, словно выгадывая время и не зная, с чего начать.
— Ты же говорила, что идешь с кем-то ужинать. Поэтому, мол, тебе и надо было уйти пораньше.
— Да. Так оно и было. А потом мы увидели Йейтса, и я решила…
— Ладно-ладно, — сказал Гиффорд, поднимая руку. — Забудь пока об этом. Ты сама-то как?
Вейл встала, выпрямилась и потянулась.
— Я в порядке. О Мандизе что-нибудь слышно?
— Ее везут на операцию. Раздроблен таз. Но главные артерии не задеты, так что выкарабкается. Через какое-то время. Ей повезло. Повезло, что ты была рядом.
— Среди всех этих снайперов и окружной полиции? Думаю, справились бы и без меня.
— Я слышал другую версию. Они оценивали ситуацию, занимали позиции, пытались разобраться, что за чертовщина там происходит.
Снайперы не собирались реагировать, пока не видели прямой угрозы президенту. А Дэнни Майкл Йейтс — пусть это и звучит цинично — представлял угрозу только для тебя и детектива Манетт. Когда он сказал, что убил копа, муниципалы наконец сложили два плюс два. Но я, если честно, сомневаюсь, что они успели бы пристрелить его. Ты спасла ей жизнь, Карен.
Вейл сделала глубокий неровный вдох.
— Я стояла в удобной точке, видела его руку… Я знала, что он нажмет на курок.
Гиффорд отвернулся и обвел взглядом снующих вокруг законников.
— Ты еще ходишь к тому психоаналитику?
Вейл кивнула.
— Молодец. Завтра утром иди к нему на прием. А потом поезжай куда-нибудь. Отдохни. После Окулиста не прошло и двух месяцев — меньше всего тебе сейчас нужны новые потрясения.
В уголках ее губ заиграла слабая улыбка.
— Что? — спросил Гиффорд.
— Да просто мы с вами редко в чем-то сходимся. Обычно у меня находится какая-нибудь колкость в ответ, но сейчас я согласна. Ваша взяла.
Вейл вспомнила, что именно этой фразой заканчивался анекдот, который рассказала ей сегодня Манетт. Теперь он не казался ей таким уж смешным.
Возвращаясь к своей машине, Вейл уже предвкушала долгожданный отпуск. Куда она поедет? Не важно. Куда угодно. Подальше отсюда.