Закрыть
Восстановите членство в Клубе!
Мы очень рады, что Вы решили вернуться в нашу клубную семью!
Чтобы восстановить свое членство в Клубе – воспользуйтесь формой авторизации: введите номер своей клубной карты и фамилию.
Важно! С восстановлением членства в Клубе Вы востанавливаете и все свои клубные привилегии.
Авторизация членов Клуба:
№ карты:
Фамилия:
Узнать номер своей клубной карты Вы
можете, позвонив в информационную службу
Клуба или получив помощь он-лайн..
Информационная служба :
(067) 332-93-93
(050) 113-93-93
(093) 170-03-93
(057) 783-88-88
Если Вы еще не были зарегистрированы в Книжном Клубе, но хотите присоединиться к клубной семье – перейдите по
этой ссылке!
Вступай в Клуб! Покупай книги выгодно. Используй БОНУСЫ »
УКР | РУС

Вольфганг Хольбайн - «Заклятие нибелунгов»

Вступление
Песня
о прошлом столетии


Меня зовут Регин. Я не принадлежу этому миру, но другого мира мне не дано. Находясь в центре событий, я наблюдаю за ними со стороны. Новые имена, новые лица, — но история все та же. Что начинается любовью, отравляется ревностью, а когда возникает ненависть, верить можно лишь в смерть. Я хочу рассказать вам эту историю в назидание и предупреждение. Да простится мне, если память моя неспешна, если хочет она обмануть меня, — время стерло часть воспоминаний. Я еще помню, как все началось. Так было не в первый раз, но впервые у меня на глазах. Гордый король Зигмунд вел войну с подлым Хъялмаром Датским за королевство Ксантен, и плодом этой войны стали кровь и разрушение. Во время битвы боги оставили Зигмунда, и его славный меч Нотунг был сломан. Той ночью, прежде чем ему суждено было пасть от клинка врага, король зачал сына и отправил свою жену прочь, чтобы ей не пришлось разделить его участь.

Ей помогал Лоренс, верный вассал короля. Он взял сломанный надвое меч с собой. Лоренс с королевой направлялись  в маленькую хижину, стоявшую неподалеку от Рейна, где жил и работал мудрый кузнец Регин. Да, это мое имя. Мои воспоминания нашептывают мне, что это был я, но мне в это уже не верится. Лоренс отдал мне меч, велев спрятать его. Он просил меня защищать королеву. Затем он ускакал прочь, чтобы возглавить восстание против узурпатора Хъялмара.

Я мог защитить королеву лишь до того мгновения, когда она родила ребенка. Она умерла, будто выполнив свое последнее предназначение на этой земле. Ее сын Зигфрид остался со мной. Это был хороший ребенок, наделенный силой и отвагой, но в то же время не лишенный беспечности и глупости. Он был воспитан кузнецом, однако в его жилах текла королевская кровь, и Зигфриду пришлось повиноваться зову своей крови. Я пытался не позволять ему участвовать в играх богов, но все мои попытки оказались бесплодными.

Когда Зигфрид был юношей, он встретил в лесу девушку Брюнгильду, переодетую воином. Брюнгильда с легкостью победила его в бою, но во время их сражения вспыхнула искра страсти и загорелись сердца их. Брюнгильда обещала ждать храброго Зигфрида. Она была принцессой, наследницей королевства Исландия, и жила в замке Изенштайн. Если бы вы вслушались в ту ночь, то наверняка услышали бы скрип колес судьбы — деревянные зубцы этих колес сцепились друг с другом и пришли в движение…

Зигфрида манил север — там была Брюнгильда и беспокойное королевство Ксантен, где нужны были оружие и воины. Вместо этого, противясь судьбе и воле богов, я взял его в путешествие на юг. Мы не знали, что Хакан Исландский умер и что его дочь взошла на трон, поклявшись выйти замуж лишь за того, кто будет равен ей в сражении на Поле Огня и Льда. Наш путь вел нас вдоль Рейна, в Бургундию. Там мы надеялись найти работу и жить спокойно, но дороги в этом королевстве стали темными от крови, а на обуглившихсядеревьях виднелись сгоревшие трупы. Королевство солнца и вина, поклонявшееся богу христиан, попало в сети древних сил, и народ Бургундии укрылся за стенами Вормса, молясь
и стеная. Дракон Фафнир, охранявший сокровища нибелунгов, принес в эту страну горе, опаляя все своим огнем, сжигая урожаи, уничтожая скот. Люди были недовольны своим королем Гундомаром. Бургундия была окружена вражескими
королевствами, которые хотели воспользоваться слабостью этой страны.

Мы могли ковать оружие, и потому нас с радостью приняли при дворе. Я советовал Зигфриду не вмешиваться в интриги дворян, но он забыл о данном мне обещании в то самое мгновение, когда увидел прекрасную принцессу Кримгильду. Он влюбился в нее столь слепо и глупо, как не влюблялся еще ни один мужчина. Он забыл о своем положении, о пристойности и даже о Брюнгильде, подарившей ему свое сердце.

Но страсть к Кримгильде была не единственным огнем любви, горевшим при дворе короля Гундомара. Скромный принц Гернот влюбился в печальную Эльзу, дочь хитроумного Хагена из Тронье. Черное сердце Хагена билось лишь ради Бургундии, и ни мор, ни пытки не казались Хагену достаточным наказанием для того, кто хотел навредить его стране.

Чтобы упрочить свою позицию в королевстве, король Гундомар решил выдать Кримгильду за сильного принца и заключить с ним союз. В течение многих столетий этот обычай оправдывал себя. Но глупая принцесса любила юного кузнеца Зигфрида и отказала Этцелю, сыну Мундцука, предводителю гуннов. Король и его советник Хаген были вне себя, ведь это нанесло ужасный вред королевству. У границ Бургундии стояли гунны, а внутри бесчинствовал Фафнир. Чтобы спасти Бургундию от погибели, Гундомар собрал своих лучших воинов. Среди них были его сыновья Гизельгер и Гунтер. Они должны были убить дракона и этим славнымдеянием заработать уважение своих противников. Смельчаки отправились в путь, но прошло три дня, и они вернулись ни с чем. Гизельгер был мертв, а Гунтер тяжело ранен. Король умирал. Такова была цена их тщеславия.
Теперь Бургундией правил дракон, а враги королевства терпеливо ждали, когда же оно падет. Тем временем благородные женихи один за другим погибали в стене пламени, которую Брюнгильда Исландская воздвигла вокруг своего замка, чтобы сделать огонь испытанием для тех, кто просил ее руки. Она ни на мгновение не теряла надежды, что придет отважный Зигфрид и сделает ее своей женой и королевой. Но сейчас сердце Зигфрида принадлежало лишь Кримгильде, и, чтобы завоевать ее, юноша был готов вступить в битву с Фафниром — убитый дракон должен был стать его подарком новому королю Гунтеру.

Регин — был ли это я? — пытался остановить безумие, но возвращение старого Лоренса, ставшего калекой после многолетнего противостояния с Хъялмаром, лишило меня этой возможности. От Лоренса Зигфрид узнал о мече Нотунге, при помощи которого можно было победить чудовище. Узнал он и о своей королевской
крови, что делало его законным претендентом на руку Кримгильды. Темной ночью Зигфрид взял с опьяненного Гунтера обещание, что тот позволит ему жениться на принцессе, как только он принесет ему голову дракона и докажет, что у него есть свое королевство. Зигфрид был полон решимости добиться своей цели. И за то, что теперь душу Зигфрида охватила жажда власти и влияния, я вонзил меч в грудь Лоренса.

Словно обезумев, Зигфрид перековывал старый меч, оттачивал клинок. Он подчинился оружию богов, и это оружие управляло им так же, как и он этим мечом. Зигфрид стал рабом своего меча, слугой войны. Видя все это, я в конце концов решил оставить людей, и мой путь привел меня обратно в лес, а тело и голос остались в прошлой жизни. Мойдух слился с деревьями, с землей, с воздухом, и я присоединился к моим братьям, нибелунгам. Те приветствовали меня насмешками за то, что я, глупец, полагал, будто смогу совладать с судьбой Зигфрида. Темен был путь, на который, вознеся меч, вступил Зигфрид, но в сердце юноши жили отвага и воинская доблесть.

Он решил сразиться с драконом и после долгого боя одолел покрытое чешуей чудовище. Перед пещерой дракона он проткнул Нотунгом чудовищу нёбо и омылся его кровью.

Мы же, нибелунги, могли лишь беспомощно смотреть, как он забирает наши сокровища, охранять которые приказали нам боги. Мы предупреждали Зигфрида, угрожали ему, но он взял то, что ему не принадлежало. Кроме золота, он забрал
кольцо, над которым довлело проклятие, а еще волшебный шлем, делавший его владельца невидимым. Сложив сокровища и голову Фафнира на деревянные салазки, Зигфрид отправился в Вормс, где его приветствовали как героя. Во время коронации короля Гунтера Зигфрид бросил голову дракона на рыночную площадь, и народ ликовал, превознося подвиг отважного юноши. И только в сердце жестокого Хагена разгорелась ненависть, ведь он почувствовал, что любовь народа к королю может оказаться в опасности. Кто же был истинным героем Бургундии — тот, у кого была корона, или же тот, чей меч сразил ненавистного дракона? Так думал Хаген и думал не напрасно. Опьяненный радостью, Зигфрид совершил следующую ошибку. Использовав золото нибелунгов, он оплатил помощь Гунтера и его армии, задумав отобрать у Хъялмара то, что принадлежало ему по праву наследия, — королевство Ксантен. Но при этом Зигфриду не нужен был трон, его манила лишь принцесса Кримгильда, которая теперь могла стать его женой. Король Гунтер, будучи другом Зигфрида, все же боялся его. Ему нужны были деньги, и он согласился помочь Зигфриду в войне. Более того, Гунтер пообещал бывшему кузнецу собственную сестру, мечтая объединить Бургундию и Ксантен. Хаген же намеренно не говорил Гунтеру, что принцесса может выйти замуж лишь после того, как король женится сам. Он хотел посеять раздор между Гунтером и Зигфридом.

1
Время мира

Мы должны вернуться в порт! — кричал Боран, и ветер смывал слова с его губ соленой водой.
— Иначе море поглотит наш корабль! Словно в подтверждение этого разъяренные
воды подняли маленькое рыбацкое судно с порванным парусом вверх, к иссиня-черным облакам. Блеснула молния. Волны и порывы ветра били в деревянный борт корабля, щепки летели в стороны. На севере виднелись берега Исландии, они были совсем близко, но в это мгновение оставались почти недостижимыми для корабля. Стоял день, однако из-за грозы казалось, что уже глубокая ночь. Зигфинн рассмеялся, будто не слышал слов своего спутника.
— Давайте в последний раз забросим сеть! Трюм корабля уже был набит разнообразнейшей рыбой, да и в королевстве никто не голодал, но принца Зигфинна не интересовала добыча — ему хотелось испытаний, и чем больше это испытание, тем лучше. Чем опаснее, тем больше славы. Люди, сопровождавшие принца в этом плавании, подчинились его приказу, качая головами: рыболовная сеть при такой погоде была не хуже якоря и море могло воспользоваться этим преимуществом, чтобы утащить корабль на дно. Для того же, чтобы поймать рыбу, сейчас у берега было слишком сильное течение.
— Еще один раз, и сегодня вечером я устрою пир, который войдет в легенды! — воскликнул Зигфинн. Щепка попала ему в плечо, и под грубой льняной тканью потекла кровь, которую смывал дождь. Но юноша этого,
казалось, не замечал.
— Мой принц, я не могу этого допустить! — возмутился Боран. — Во имя вашего отца, нашего короля, я требую, чтобы мы вернулись в замок Изенштайн! Зигфинн не понимал, как коренастый и сильный, словно медведь, Боран мог быть таким трусливым. Неужели годы при дворе ослабили его боевой дух? Неужели он боялся
моря, как вражеского войска? Кораблик швырнуло в ложбину между двумя гигантскими волнами, и у принца похолодело в животе, но он продолжал стоять на своем:
— Улов должен быть достойным, а пока что мы поймали рыбу, которая годится только на суп и которую не зажаришь над костром! Прекрасная Бруния не должна нас упрекать!
Около десятка человек пытались удержать тяжелую сеть, но море рвало ее из их жилистых рук. Трое матросов вцепились в штурвал. Двое стояли на носу, лихорадочно подавая своим спутникам знаки, чтобы те не наткнулись на рифы,
видневшиеся из-под воды. Внезапно что-то попало в сеть и она натянулась, как железная решетка. Суденышко дернуло вбок, и матросы с воплями покатились по палубе. Зигфинн ударился о поручни. Все перевернулось, мир закружился, в глазах у него потемнело. Юноша поднялся на ноги и выглянул за борт. Сеть
зацепилась за край скалы и тянула корабль в сторону.
— Обрубите сеть! — рявкнул Боран, не дожидаясь приказа беспечного принца. — Мы должны освободить корабль!  Зигфинн уже хотел с ним согласиться, к тому же у него болело плечо, а перед глазами все плыло. Он уже доказал свое мужество и решимость.

Но тут он увидел рыбу. Рыбу, подобной которой ему еще не доводилось встречать.
Ее длина составляла шесть или семь метров, и при этом тело не было изящным и узким — рыба была массивной, с широкой головой и темными, глубоко посаженными глазами. Ее плавник запутался в сети, но создание, казалось, билось
не от отчаяния, а от ярости и возмущения. Вытерев капли дождя с глаз, Зигфинн удостоверился в том, что ему ничего не привиделось. Морской гигант не исчез, и, когда принц склонил голову набок, ему показалось, что рыба смотрит прямо ему в глаза, смотрит холодно, яростно, с вызовом.
— Стойте! — крикнул Зигфинн своим людям. — Не обрубайте сеть!
Боран с трудом пробрался по вздрагивающей палубе к принцу.
— Но, ваше высочество, мы должны это сделать! Иначе она проломит корму и нам придется добираться до суши вплавь!
Зигфинн ткнул пальцем в штормовые волны, показывая на чудовище, застрявшее в сети.
— Я хочу его получить.
У Борана глаза расширились от изумления, и он поспешно перекрестился, чуть не выпав за борт.
— О боже, а это еще что за чудище?
— Мы можем его поднять?
Покрытый шрамами от невзгод жизни воин покачал головой, и его величественная борода заколыхалась.
— Оно огромно, и нам нечего ему противопоставить. Если же мы будем ждать, пока чудовище умрет, оно заберет нас с собой в ад. Гроза, да и само время, настроены против нас. Мы должны обрубить сеть. Зигфинн не стал раздумывать. Какая добыча! Какой трофей! Он не мог отдать такое сокровище морю! Сняв пояс с мечом, кронпринц поспешно вытащил из других ножен кинжал.
— Дай мне минуту, — настойчиво сказал он своему другу, а затем сунул лезвие себе в зубы. Боран попытался схватить его за куртку, но Зигфинн оказался быстрее — он перепрыгнул через поручни и шлепнулся в воду рядом с запутавшейся сетью, тянувшей корабль к скалам.

Конечно же, Зигфинн недооценил течение, и, едва он очутился во власти моря, как волны начали играть с ним, словно насмехаясь. Кинжал, который течением вырвало у него изо рта, порезал ему губы. Руки принца скользили по сетке, но не могли за нее схватиться, а на поверхность подняться он не мог. Течение несло его на скалы, куртка порвалась, подводные камни оцарапали тело. Зигфинну казалось, будто среди грохота грозы он слышит чьи-то голоса, но он решил, что это наваждение.

Нужно было спасаться. Оттолкнувшись от камней, принц заставил себя, несмотря на жжение в глазах, искать отблески света и поплыл вверх. В древних писаниях он читал о таранах, при помощи которых вражеские войска пробивали ворота замков, и Зигфинн вспомнил эти истории, как вдруг странная рыба, убить которую он намеревался и для этого прыгнул в море, ударила его головой в бок и толкнула под воду. Казалось, будто на него упало дерево. Несмотря на бурление воды, Зигфинн увидел кровь. Свою кровь…

Кари шла по замку Изенштайн, вырубленному в черной скале холодной Исландии. Спешившие за ней служанки возбужденно переговаривались — они не привыкли к тому, чтобы королева была столь обеспокоена и так торопилась. В особенности волновалась верная Рената, старавшаяся идти в ногу со своей правительницей.
— Моя королева, это всего лишь рыбная ловля. Если вы
волнуетесь о его безопасности, то стоит помолиться Господу
нашему в часовне…
— Я лучше успокою свою душу, что-либо предпринимая, спасибо огромное. — Кари Исландская не дала сбить себя с толку. У двустворчатой деревянной двери, ведущей в большой тронный зал, стояли стражники без оружия — в конце концов,
кто бы стал нападать на Исландию? Они успели потянуть за деревянные кольца, открывая дверь, чтобы королеве не пришлось замедлять шаг.
Король Кристер сидел за большим столом вместе со своими советниками. На стене висел флаг Исландии, а рядом — христианский крест. Король садился на трон лишь тогда, когда принимал гостей, а это случалось нечасто — погода
в Исландии считалась намного менее приятной, чем семья здешнего короля.

Увидев свою благоверную, Кристер повернулся, радуясь тому, что теперь можно отвлечься от скучных повседневных забот Исландии. Он не стал заставлять ее ждать и закончил совещание.
— Судя по всему, у нас нет никаких срочных вопросов. Давайте продолжим разговор завтра. Его советники, как и служанки королевы, тихо удалились. Король Кристер был рослым мужчиной, но благоденствие мирных времен заставило его разрастись не только вверх, но и вширь. Длинные светлые волосы, заплетенные
в косу, с каждым месяцем становились все белее, теряя цвет. Все с уважением относились к его способности поддерживать благосостояние Исландии, и это уравновешивало его неопытность на поле боя. Кристеру еще никогдане приходилось руководить войском и защищать свою страну с мечом в руках.
— Что случилось, моя королева? — спросил он, увидев мрачное выражение лица Кари, столь подходившее к влажной и холодной исландской погоде осенью.
— Зигфинн со своими людьми вышел в море! — Королева почти кричала. Она была хрупкой и рядом с грузным королем напоминала изящную птицу. — Начальник порта говорит, что он отправился рыбачить.

Кристер с кряхтением поднялся и подошел к окну. Не успел он распахнуть ставни, как в тронный зал ворвался порыв холодного ветра. Король взглянул на море и порт, окруженный скалами. Силы природы бушевали.
— В такую погоду?
— Я хочу, чтобы ты запретил мальчику подвергать себя опасности!

Кристер задумчиво посмотрел на жену. Он знал, что это не тот случай, когда ему удастся воспользоваться королевским авторитетом, чтобы уладить противоречия.

— Зигфинну шестнадцать лет, и он мужчина. Он должен проявить себя. Не лишай его этой возможности. Кари, видимо, была полна решимости не поддаваться на
уговоры мужа. Она не собиралась приносить свои опасения в жертву на алтарь мудрости Кристера.
— Он наш единственный сын, наш единственный ребенок, единственный наследник трона. Если он умрет от этих шалостей, то что мы будем делать тогда?

Заключив королеву в объятия, Кристер нежно прижал ее к себе.
— Иисус защитит нашего Зигфинна. Верь Господу нашему.
— Ты же знаешь, что я не могу родить тебе еще одного сына, — печально прошептала Кари. — Если с Зигфинном что-то случится, тебе придется выбрать себе новую королеву, помоложе.  Немного отстранившись от жены, Кристер серьезно посмотрел ей в глаза.

— Не говори так, Кари! С Зигфинном все будет в порядке, и мне не придется искать себе новую королеву. Видит Бог, мне и одной хватает. Кари заставила себя улыбнуться.
— Прости мне все эти глупости, но я… Король поправил прядку волос, выбившуюся у Кари из под платка.
— Я знаю, Кари. Но не стоит говорить о том, чего мы не можем изменить. Тебе сейчас лучше заняться подготовкой к празднику в честь Брунии. Когда она приедет, Зигфинну будет над чем подумать, да и тебе тоже.

Кари знала, что Кристер прав, визит двоюродной сестры Зигфинна внесет разнообразие в их жизнь. Девочка привезет подарки и будет рассказывать своему брату истории, так что Зигфинну много недель не захочется покидать замок.
Дочь короля Эдельрида всегда была желанной гостьей при дворе Кристера. Следовало устроить в ее честь пышное празднество. Поднявшись на цыпочки, королева заглянула за плечо своего мужа и посмотрела на море, но Кристер закрыл тяжелые ставни, чтобы вид грозы не беспокоил королеву.
— Не волнуйся, душа моя. Зигфинн в безопасности, я в этом уверен.