Закрыть
Восстановите членство в Клубе!
Мы очень рады, что Вы решили вернуться в нашу клубную семью!
Чтобы восстановить свое членство в Клубе – воспользуйтесь формой авторизации: введите номер своей клубной карты и фамилию.
Важно! С восстановлением членства в Клубе Вы востанавливаете и все свои клубные привилегии.
Авторизация членов Клуба:
№ карты:
Фамилия:
Узнать номер своей клубной карты Вы
можете, позвонив в информационную службу
Клуба или получив помощь он-лайн..
Информационная служба :
(067) 332-93-93
(050) 113-93-93
(093) 170-03-93
(057) 783-88-88
Если Вы еще не были зарегистрированы в Книжном Клубе, но хотите присоединиться к клубной семье – перейдите по
этой ссылке!
Вступай в Клуб! Покупай книги выгодно. Используй БОНУСЫ »
УКР | РУС

Анна Владимирская — «Скелет в шкафу»

Глава 1

— Как сказал Жванецкий, «чтобы начать с нуля, до него еще надо долго ползти вверх». Витя! Это про тебя!

— Ну, вы скажете! — смущенно отреагировал Виктор Страшко на речь своего начальника. По опыту он знал, что, когда шеф начинает цитировать Жванецкого, добра не жди.

— Ты понимаешь, что заказчик хочет получить этот объект к Рождеству, а у нас еще конь не валялся? — Руководитель архитектурного бюро Алексей Максимович Поташев, приехавший на объект с ревизией, начинал тихо закипать.

— Так тут же ж… это же ж… старая кладка… медленно же ж. Новая бы, оно, конечно же ж, быстрее дело!

У прораба Виктора Страшко, отвечавшего за все ремонты, проводимые архитектурным бюро Поташева, запас слов был примерно такой же, как у персонажа того же Михаила Михайловича из монолога подрывника. С рабочими он изъяснялся легко и свободно, поскольку все слова в его предложениях мощно, как раствор на яичном желтке, держались на мате. В разговоре с начальством прораб не мог себе этого позволить, и поэтому между словами возникали томительные паузы. Создавалось впечатление, будто бригадир строителей косноязычен. На самом деле это было не так.

— Короче, Витя, нужно сегодня, срочно снести эту стенку. Так распорядился заказчик. Если ему взбредет в голову приехать и он увидит, что стена все еще на месте, а мы этот вопрос обсуждали еще неделю назад, то получим мы с тобой по первое число. А мне бы этого совсем не хотелось. Я отсюда никуда не уеду, пока ты со своими ребятами не снесешь ее. Я хочу видеть этот триумф строительной мощи собственными глазами, ты понял?

Алексей Поташев вышел в сад усадьбы «Озерки», а Страшко со товарищи принялся рушить стену. Поместье «Озерки» вот уже больше пяти лет принадлежало бизнесмену Аркадию Леонидовичу Топчию. Он-то и заказал перестройку и реконструкцию дворца и сада. Бизнесом его был алкоголь, поэтому стоит ли удивляться, что старинный дворец девятнадцатого века, роскошный сад с виноградниками и многочисленными хозяйственными пристройками теперь стал родовым гнездом одного из самых богатых людей страны?

Аркадию Леонидовичу принадлежала торговая марка «Винзавод». На его предприятии выпускались коньяки, тихие и игристые вина, вермуты и виноградная водка.

Подписывая договор с архитектурным бюро Поташева, он подвел итог переговорам такой фразой: «Когда будете проектировать реконструкцию замка, прежде всего разместите окна так, чтоб в них снайпер не попал». Алексею и его сотрудникам было непонятно, шутит ли господин Топчий или говорит серьезно.

Мобильный Поташева зазвонил «Маленькой ночной серенадой» Моцарта. Он увидел, что это прораб, и ответил:

— Что теперь не слава богу?

В ответ он услышал нечто настолько странное и несуразное, что помчался в дом на всех парах. Взбежав на второй этаж, он остановился перед руинами стены, вокруг которой столпились рабочие во главе с прорабом.

— Вот, Максимыч! — От удивления Виктор Страшко впервые назвал своего шефа так, как обычно называл его за глаза.И действительно, было чему удивляться.

Посреди обрушенной кирпичной стены стоял шкаф, который, вне всяких сомнений, был вмурован в стену. Несмотря на разрушение кирпичной кладки с обеих сторон шкафа, он стоял целехонек, и его темный коричневый цвет виднелся там, где строители протерли дерево от цементной пыли. Шкаф был сделан из дуба. Архитектору-реставратору Поташеву еще никогда не приходилось видеть дубовый шкаф, вмурованный в стенку. Он полюбовался добротной работой, обошел вокруг. Шкаф был не простой, дверцы у него были устроены спереди и сзади. Алексей попробовал открыть одну, но она оказалась заперта.

— Что будем делать, Алексей Максимович? — почесал макушку прораб. Он повидал немало диковинок, занимаясь реконструкциями старых усадеб, но чтоб в стену был встроен шкаф — такого еще не встречал.

— Нужно открыть, — коротко сказал Поташев.

— Может, стоит хозяина пригласить? — засомневался осторожный Страшко.

— Ну, предположим, оторвем мы Топчия от его алкогольных дел, чтоб открыть эту хрень… Дальше что? Сперва он удивится, а потом пошлет нас подальше, потому как шкаф этот он может посмотреть и после работы. А нам тянуть некогда! Нам к Рождеству нужно сдать объект! Давайте, ребята, открывайте! Наверняка там какое-нибудь старое барахло…

Не сразу, но дубовый шкаф открылся. Рабочие, заглянув внутрь, отпрянули. Архитектор с прорабом тоже заглянули в глубину дубового саркофага и вздрогнули. В пыльной темноте старинного шкафа стоял скелет.

* * *

Оперативники из области делали свою работу. Скелет неизвестного увезла спецмашина. Милицейский капитан опросил директора архитектурного бюро Поташева, прораба Страшко и бизнесмена, хозяина дома Топчия. Трех строителей, разваливавших стену, тоже опросили. Когда в заброшенной усадьбе появился этот мертвец, кто его замуровал в шкаф и почему — ответов на эти вопросы ни у свидетелей, ни у милиции не было. Пока не будет произведена экспертиза, остается неизвестным, сколько недель, месяцев или лет пробыл в шкафу этот несчастный. По выражению лиц милиционеров было очевидно, что это странное убийство зависнет «глухарем».

Руководитель следственной группы, узнав от Поташева, что дворец был сооружен в девятнадцатом веке, а при большевиках в нем располагался сельскохозяйственный техникум, даже высказал мысль, что скелет этот, возможно, был замурован в шкафу еще до революции. Оставалось дождаться вердикта экспертов.

Топчий, рядом с которым вертелся юрист его компании, явно повеселел от предположения, что останки, найденные в доме, могут оказаться столетней давности и к нему не будут иметь никакого отношения.

Был уже поздний вечер. Строители и милиционеры разъехались. Остались лишь хозяин замка, архитектор и юрист.

— А пойдемте-ка в гостевой дом и слегка выпьем, чтоб по-человечески закончить этот странный день! — предложил Аркадий Леонидович.

Его спутники последовали за ним. Вскоре они уже втроем сидели в уютной кухне домика для гостей. Этот двухэтажный комфортабельный коттедж был возведен вскоре после того, как Топчий купил дворец и парк. Было это пять лет тому назад. Предполагалось, что, когда отстроится главный дом и сад будет приведен в идеальный порядок, в нем будут жить гости, однако стройка шла неровно. Деньги у Топчия на строительство то появлялись, то их нужно было вкладывать в бизнес. И потому за пять лет до конца был отстроен лишь гостевой дом, но в нем жили сами хозяева, когда наезжали в «Озерки», да прислуга, следившая за порядком в усадьбе. Были разбиты два сада: с фасадной части дома — английский ландшафтный сад, во внутренней части — японский. Также успели воссоздать былое великолепие внешнего убранства трехэтажного замка. Незавершенными оставались интерьеры. Дом требовалось закончить к Рождеству, так хотел хозяин.

Трое мужчин молча сидели за столом. Они, не чокаясь, пили виноградную водку, закусывая ее маринованным красным перцем и бужениной на свежем арнаутском хлебе. Время от времени из недр холодильника извлекались всевозможные закуски, приправы, соусы. Даже в такой неприятной ситуации хозяин дома был привычно хлебосолен.

Топчий не мог долго молчать. Он, хоть и был старше обоих гостей по возрасту и положению, отличался нетерпеливым характером, и ему требовалось действие.

— Ну что, други мои, примолкли? — Он взглянул поочередно на юриста и архитектора. — Каковы ваши прогнозы по развитию ситуации?..