Закрити
Відновіть членство в Клубі!
Ми дуже раді, що Ви вирішили повернутися до нашої клубної сім'ї!
Щоб відновити своє членство в Клубі — скористайтеся формою авторизації: введіть номер своєї клубної картки та прізвище.
Важливо! З відновленням членства у Клубі Ви відновлюєте і всі свої клубні привілеї.
Авторизація для членів Клубу:
№ карти:
Прізвище:
Дізнатися номер своєї клубної картки Ви
можете, зателефонувавши в інформаційну службу
Клубу або отримавши допомогу он-лайн..
Інформаційна служба :
(067) 332-93-93
(050) 113-93-93
(093) 170-03-93
(057) 783-88-88
Якщо Ви ще не були зареєстровані в Книжковому Клубі, але хочете приєднатися до клубної родини — перейдіть за
цим посиланням!
Вступай до Клубу! Купуй книжки вигідно. Використовуй БОНУСИ »
УКР | РУС

Ганна та Петро Владимирські — «Грязные деньги»

Глава 1
Когда все от тебя отвернулись

… — Вы не ответили на мой вопрос, когда… — начал было капитан.
— Нет, так не пойдет, — сказала Вера, поднимаясь, и Пай вскочил вместе с хозяйкой. — Либо вы объясните мне смысл вашего визита, либо до свидания.

Капитан опасливо покосился на Пая, но не стал вскакивать со стула. На своем веку он повидал множество свидетелей, подозреваемых и преступников. И точно знал, чего не нужно делать во время опроса свидетелей: торопиться. Он со вздохом произнес:
— Случилася очень большая неприятность. Для артиста Билибина то есть. Убили його. От я и спрашую, когда видели. Так когда? Вера прикрыла глаза. Она уже чувствовала беду, но одно дело чувствовать и понимать, другое — когда тебе вот так прямо об этом скажут. Но кто мог убить Антона? Зачем? Что за чушь!..
— Вчера, в театре, — ответила она.
— О чем вы разговаривали?
— Мы не разговаривали. Он играл на сцене.
— А когда разговаривали?
— Ну… Вчера днем, может быть. Я точно не помню.
— Ну так подывиться на фото и вспоминайте скорей.

Смолярчук достал из папки фотографию, сделанную милицейскими экспертами на месте преступления. Лученко увидела лежащее на полу гримерки тело со странно вывернутой головой. Будто кто-то гнусно пошутил, выкрутив голову несчастного лицом к спине. Вера, хоть и была доктором по профессии, но к бессмысленной и жестокой смерти, как любой нормальный человек, не привыкла. Она содрогнулась. Ее сверхчувствительность
сыграла с ней злую шутку: на экране внутреннего зрения появились руки, которые обхватили голову несчастного актера и резко развернули. Раздался хруст, смертельный щелчок. И все. Невозможно, невероятно, ужасно. Как в это поверить? Зачем, почему убили? Билибин не был хлюпиком-ботаником, которого можно легко обидеть, вовсе нет. Он был наделен хорошим телосложением:  ширококостный, с крепкими плечами и широкой шеей,
на которой сидела красивая голова. Хоть рисуй с него плакатного героя…

Женщина поднялась, открыла форточку, закурила. Антону было тридцать три. Не только актер театра, но и телеведущий, очень востребованный шоумен, он всегда был душой компании, здорово играл на гитаре, увлекался Полом Маккартни. Рассказывал о юности, смеясь: «Учился я отвратительно! Школы менял из-за “неудов” по поведению: то длинные волосы отращу, то еще
чего. А в детстве я мечтал стать биологом, устроил дома зоопарк: четыре клетки с крысами, белка, хомяк, ворона, черепаха, кролик, две собаки…»

«К чему это я про домашний зоопарк?» — подумала Вера с тяжелым чувством, будто ответ на страшный вопрос уже брезжил на задворках сознания.

Терпеливый Смолярчук по опыту знал, что женскому полу нужно время, чтоб прийти в себя после таких вот фотографий. Он не торопил свидетельницу. Он только внимательно осмотрел хозяйку квартиры, стоящую к нему спиной, и сделал вывод: «Не, такая жиночка не могла вбыть! Тендитна дуже. Шоб такому кремезному чоловику голову звернуть, яка ж звиряча сила нужна!»
— Какие у вас были отношения, Вера Алексеевна?
Она с трудом ответила:
— Обыкновенные. Дружеские.
Дзюба в это время писал: «Перед началом опроса мне разъяснены нормы статьи такой-то Конституции Украины, часть… По существу заданных мне вопросов в связи со смертью гр. Билибина могу показать следующее…»
— Как вы познакомились?
— Подруга моя познакомила. Она артистка, работает в театре.
— У него были враги?
Вера очень удивилась.
— Откуда мне знать? Враги? Не знаю, может, конкуренты в ак-
терской среде считаются…

Глава 7
Ненавидеть разрешаю

… Чернобаева критически окинула взглядом тщедушную фигурку своей собеседницы.
— Ты в уме? Что тебе сбрасывать, кроме трусов? Ты ж даже
тени не отбрасываешь.
— Ангелина Вадимовна, ну зачем же вы так? — обиженно, со слезой в голосе прошептала Кристалл.
— Ну, прости, прости! Я не со зла. Ты же знаешь, я иногда могу грубо ляпнуть, но ведь это любя. Вот, возьми.

Она протянула руку и достала из зеркальной ниши флакон с розовой жидкостью.
— Что это? — внутренне ликуя, но со страдальческим выражением лица спросила приживалка.
— Франция в упаковке из матового стекла. Молочко для твоего маленького худенького тельца. Самая сейчас трендовая штучка, — тоном ведущей телепередачи о моде произнесла Чернобаева, а про себя подумала: «Вот алчная сучка, за французский флакон душу продаст. Это же можно самой купить, пусть задорого, но на шару ей милее». Настроение у нее после того, как она «оторвалась» на Кристалл, улучшилось. Поэтому вслух сказала:

— Ладно уж, расскажу тебе про врачиху. Даже не столько про нее, сколько про то, как мы, женщины, можем, если захотим, полностью управлять своим весом. Подай халат.

И она действительно рассказала, как, обойдя десяток врачебных кабинетов, потратив кучу денег, нервов и сил и в результате не получив ничего, кроме разочарования, думала уже, что ее вес — это Божье наказание и от него нет способа избавиться. Но в один прекрасный день кто-то посоветовал ей обратиться к психотерапевту Лученко. Вначале она переступила порог кабинета с огромным недоверием. Затем как-то само собой так вышло, что кроме анализов, собранных в целую толстую папку, Ангелина показала
доктору всю свою жизнь. Доктор внимательно ее выслушала. И поставила абсолютно неожиданный диагноз. Вера Алексеевна сказала, что все предыдущие диагнозы, вроде неправильного обмена веществ, неверны, потому что лишний вес ее пациентка набрала вовсе не из-за функциональных нарушений, а из-за причин психологического свойства.
В эту часть повествования Элла Кристалл не могла не вмешаться:
— Подождите, Ангелиночка! Я ничего не понимаю. Эта докторша сказала, что лишний вес из-за психики, что ли? — Она сделала выразительный жест у виска. — Я первый раз в жизни слышу подобное. Разве такое бывает?

— Оказывается, бывает. И я тому прямое доказательство. Если ты хочешь все узнать, то не перебивай своими глупыми вопросами.
— Не буду. Мне так интересно, что аж мурашки бегают по коже.
— Так вот. Лученко сказала, я потому поправляюсь, что не получаю в жизни других положительных эмоций, кроме как от еды. Она словно увидела меня изнутри. Описала мою жизнь так, словно жила со мной под одной крышей. Представляешь?
— Как это?!
— А вот как. Говорит, вы, уважаемая Ангелина Вадимовна, утром встаете и первым делом что-нибудь вкусненькое в рот забрасываете. А уж потом в ванную идете. Потом завтрак. После завтрака так, суета всякая, любимый сериальчик. Во время него, ясное дело, опять конфетки, шоколадки, фрукты-ягодки, печенье. Затем ланч. После ланча поездка к парикмахерше или в косметический салон. Там встретишь знакомых, с ними чашечка кофе с пирожным. Созвонишься с мужем, предлагаешь вместе пообедать, он тебе говорит: не могу, купи лучше себе новую цацку… И так далее, и тому по-добное. И заметь, это не я ей, а она мне весь мой день описала.

— С ума сойти! И это при первой встрече?! Может, она о вас справки наводила?
— Дура ты, Элла! Все мои справки на моем лице да на фигуре были во-о-т такими буквами написаны. Просто она опытный доктор…