Закрити
Відновіть членство в Клубі!
Ми дуже раді, що Ви вирішили повернутися до нашої клубної сім'ї!
Щоб відновити своє членство в Клубі — скористайтеся формою авторизації: введіть номер своєї клубної картки та прізвище.
Важливо! З відновленням членства у Клубі Ви відновлюєте і всі свої клубні привілеї.
Авторизація для членів Клубу:
№ карти:
Прізвище:
Дізнатися номер своєї клубної картки Ви
можете, зателефонувавши в інформаційну службу
Клубу або отримавши допомогу он-лайн..
Інформаційна служба :
(067) 332-93-93
(050) 113-93-93
(093) 170-03-93
(057) 783-88-88
Якщо Ви ще не були зареєстровані в Книжковому Клубі, але хочете приєднатися до клубної родини — перейдіть за
цим посиланням!
Вступай до Клубу! Купуй книжки вигідно. Використовуй БОНУСИ »
УКР | РУС

Кероллі Еріксон — «Дворцовые тайны»

Глава 1

… Внезапно у дверей в покои королевы загрохотали тяжелые шаги, и мы опомниться не успели, как двойные массивные двери распахнулись с треском ломающегося дерева и в опочивальне очутился король. Я чуть не написала «вломился» или «ворвался» — с такой силой обозначил он свое появление. И, вдобавок ко всему, свое дурное расположение духа! На нем была короткая зеленая куртка и шапочка с пером, которые носят охотники. К куртке прилипли грязь и ветки, в длинных светлых волосах запутались листья. «Он скакал сюда во весь опор», — подумала я. Король даже не потрудился привести себя в порядок. Его грязные сапоги пятнали безупречно чистый ковер, а лезвие длинного ножа, заткнутого за пояс, мрачно блеснуло в свете камина там, где оно не было покрыто кровью убитой им дичи. За несколько шагов король покрыл расстояние до кресла, где сидела Екатерина.

— Мадам, почему мне не сообщили тотчас? — вопросил он. — Почему я узнаю обо всем последним? — Его звучный, дрожащий от бешенства голос, казалось, заполнил всю комнату. Мы замерли, страшась королевского гнева и уже сейчас раздавленные им. Что стоит ему обвинить нас в том, что мы не выполнили его приказ и утаили от него дурную весть о мертворожденном принце? Я почувствовала, как вбираю голову в плечи, пытаюсь казаться как можно меньше ростом, как будто бы таким образом мне удастся отвратить от себя монаршую ярость. Король сверкал глазами, возвышаясь над королевой, а она бестрепетно отвечала ему, не теряя своей обычной выдержки:

— Я уверена, что к вам своевременно отправили гонца. Если бы я могла, я бы сама поспешила к вам, но мне было плохо, очень плохо…

— Плохо! Вам, мадам, всегда плохо! Вы беспрестанно болеете! Ни на что не годитесь! Единственное в жизни, о чем я просил вас, так это о наследнике. Как вы думаете, ради чего я на вас женился? Заметьте, мадам, женился из жалости… Но сына от вас я так и не дождался!

Он почти выплюнул эти слова, а его резкий тон делал их еще более оскорбительными. Екатерина по-прежнему кротко взирала на своего супруга. Король принялся метаться по опочивальне, рассеивая придворных дам, которые отшатывались с его пути. Я заметила, что с него лил пот.

— Я прислал вам докторов, — восклицал он, — я прислал вам аптекарей, чтобы их снадобья помогли вам зачать, мы молились вместе, вы обошли все святыни нашего христианского мира — а вот результат! Очередной мертвый младенец! Сколько уже их было? Десять? Двадцать?

Король прервал свою обвинительную речь, и, решив воспользоваться этой паузой, я медленно попятилась к двери. Другие придворные также начали один за другим на цыпочках покидать покои королевы. Екатерина остановила меня жестом.

— Останься, Джейн, — произнесла она.
— Уходите! — вскричал король.

Я знала, что должна поступить так, как велит мой государь, и потому быстро и тихо вышла из спальни. Но едва очутившись в коридоре за опочивальней королевы, я остановилась и стала прислушиваться к звукам ссоры, разразившейся после ухода придворных с новой силой, — ссоры такой яростной, которой на моей памяти еще не было.

Я не единственная подслушивала. Испанские дамы королевы тоже замешкались в коридоре, и компанию им составили Джейн Попинкорт, Бриджит Уилтшир, Анна Болейн и еще несколько фрейлин. Испанки время от времени осеняли себя крестным знамением и издавали приглушенные восклицания на своем языке. Я заволновалась. Что может в ярости сотворить король с Екатериной? Видно, не зря попросила королева Марию де Салинас не спешить с дурной вестью. Но до каких пределов может дойти гнев Его Величества?..

Глава 5

… — Где моя госпожа, где повелительница моего сердца? — могучий голос короля скорее весело, чем повелительно, зазвучал в покоях королевы. — Где моя леди Анна, радость моя, свет моей жизни?

Я вздрогнула от неожиданности.

Король буквально ворвался в зал, где Екатерина сидела за вышивкой в окружении нас, своих фрейлин. Ее любимая чтица Джейн Попинкорт чи-тала нам вслух жизнеописания святых, пока мы были заняты рукоделием. При звуках королевского голоса чтение прервалось. Мы встали и склонились в глубоком поклоне. Генрих протянул руку Анне, которая при этом украдкой бросила взгляд на королеву. Екатерина не поднялась с кресла и не поклонилась супругу, она продолжала вышивать, казалось бы, не обращая внимания ни на него, ни на Анну, и лишь ее внезапно запылавшие впалые щеки выдали ее волнение. Анна отважно поднялась навстречу королю и приняла протянутую ей руку Генриха, унизанную перстнями. Король сделал знак, чтобы те, кто оставался за дверью, вошли следом за ним. Оказалось, что он явился в сопровождении музыкантов с барабанами,
свирелями и виолами. Они заиграли танцевальную мелодию, и Генрих повел Анну в быстром танце, выделывая затейливые коленца так лихо, словно сбросил с плеч половину своих лет. Наш повелитель выглядел очень довольным собой, то привлекая к себе, то отпуская свою партнершу, как того требовал танец, и ни разу не сбившись.

— Какая прекрасная музыка, — услышала я слова королевы, обращенные ею к мужу, когда она на минуту оторвалась от вышивания. — Вы сами ее написали, друг мой?
Король не обратил внимания на реплику жены.
— А она очаровательно танцует, моя малютка! — воскликнул Генрих, словно желая разделить свой восторг со всеми присутствующими.
— Как трактирная шлюха, — пробормотала Мария де Салинас.
Эти слова услышала не только я. Король выпустил руку Анны и в мгновение ока оказался перед Марией.
— Что вы сказали? — резким тоном спросил он.

Надо отдать ей должное, Мария де Салинас была не из трусливых. Она посмотрела прямо в глаза королю, и ее взгляд источал неприкрытую злобу.
— Ничего, — ответила она тоном, в котором кипело негодование. Казалось, что ее испанский акцент стал еще более заметным. — Я всего лишь чихнула.
— Так вы чихаете на мою госпожу, леди Анну? — голос Генриха зазвенел страшным гневом. Не убоявшись, испанка втянула носом воздух и громко и нарочито чихнула в сторону Анны.
— Вон отсюда! — вскричал король, указывая на дверь.
— Но, мой господин… — начала Екатерина.
— Замолчите, мадам!

Мария де Салинас медленным шагом направилась в сторону королевы, но Екатерина едва заметно покачала головой. Мария замерла, пробормотала какое-то испанское проклятье и вышла из зала.

— Проследите, чтобы ее духу не было при моем дворе, — рявкнул король, обращаясь к Гриффиту Ричардсу, церемониймейстеру королевы, который поклоном подтвердил, что приказ будет исполнен.

В это время Анна, осознавая, что взоры всех в зале обращены на нее, подошла к креслу, где сидела королева. Екатерина невозмутимо продолжала работать иглой.

— Еще один алтарный покров? — спросила Анна сладким голосом, рассеянно теребя свободный конец полотна, лежавшего на коленях Екатерины. — Или новая подушечка для аналоя?

Анна улыбалась, но улыбка ее, на мой взгляд, больше напоминала гримасу.
— Господь любит красивые вышивки, — добавила она, бесцеремонно комкая ткань.
— Господь любит добродетель и скромность, — заметила королева, не поднимая глаз от вышивания.
— И плодовитость, — быстро нашлась Анна. — Плодовитость — самая большая добродетель женщины…